Пятница, 24.11.2017г.

Последнее обновление:Сегодня, 14:11:35

Вы находитесь здесь: Главное Политическое обозрение Украинский кризис 20.000 невозможных миротворцев

Украинский кризис 20.000 невозможных миротворцев

Печать PDF

Первое предложение направить миротворцев в зону вооружённого конфликта на востоке Украины прозвучало от президента Белоруссии. Причём более трёх лет назад – по упрощённой добрососедской процедуре, без длительного согласования на уровне представительных международных организаций, вполне осуществимое на уровне региональном.

Несколько тысяч белорусских военнослужащих могли прекратить кровопролитие ещё в 2014 году. До гибели многих тысяч украинцев по обе линии донбасского разлома. До жуткой обыденности разрушительных артобстрелов. До взаимных блокад и разрыва социально-экономических связей. До отрицания очередных разгромов ВСУ и даже до подписания второй редакции Минских соглашений. Столь ненавистных карательным командирам ВСУ очевидной очередностью выполнения.

Официальная позиция киевских реформаторов относительно предложения белорусского президента сформулирована фигурантом всех панамских досье, владельцем слепых трастов и глухой совести в должности главы государства:

«Ни о каких миротворцах не может быть и речи, в данной ситуации никакой миротворческий контингент нам не нужен…»

Данная ситуация датируется 11 февраля 2015 года. До заключения Минска-2 оставалось четыре дня, до полного переосмысления роли миротворческих сил – всего неделя.

Уже 18 февраля 2015 года непосредственный архитектор преступной АТО, главарь СНБО, альтернативный ракетчик и сторонник внесудебных расстрелов граждан Украины за укрепление обороноспособности РФ полностью опроверг недавнее мнение собственного президента:

«Мы намерены обратиться в ООН с просьбой о вводе миротворческого корпуса – на фактическую линию соприкосновения и на всю территорию так называемых ДНР и ЛНР, включая границу с Россией…»

В данной ситуации следует различать ООН и Совет Безопасности ООН. Миротворческие силы вводятся согласно решению СовБеза. Негативное мнение хотя бы одного из постоянных членов СБ ООН автоматически исключает развёртывание миссии.

По минским соглашениям украинские власти могли получить контроль над всей линией государственной границы ещё в 2015 году – без иностранного посредничества, без томительного ожидания, правовым и единоличным образом. В случае добросовестного выполнения своих обязательств согласно коротенькому тексту Минска-2. Обязательства не выполнены по сей день. И намерений их выполнять, даже в усечённом виде, у Киева нет.

Конституционное закрепление особого статуса ДНР и ЛНР, амнистия участникам боевых действий, закон о выборах и проведение самих выборов, восстановление социальных выплат и торгово-экономических связей – большая часть пунктов Минска-2 откровенно саботируется киевской властью. Даже обмен пленными за 2 года и 9 месяцев не завершён.
Ожидание контроля над границей для карательной вольницы в ЛНР и ДНР производит эффект красной тряпки перед взбешённым быком. Вот только бык не машет полотнищем самостоятельно, да и судьба животного после корриды весьма печальна.

Осенью 2017 идея миротворцев на Донбассе обрела второе дыхание. О них говорят в Киеве, Донецке и Луганске, в Москве и в Вашингтоне. Их численность доведена в респектабельных американских СМИ до 20.000. Что соответствует двум полновесным дивизиям, в 40 раз превышает количество наблюдателей ОБСЕ на Донбассе и требует миллиардных ассигнований. О миротворцах для Украины практически не говорят в Европе. Европа ещё переваривает 2% обязательных милитаристских расходов от ВВП. Личное вовлечение в опасную авантюру в зоне преступной АТО вызывает консолидированное европейское отторжение.
Потому что вашингтонские стратеги через киевских марионеток предлагают ввод миротворцев в зону конфликта для военных действий с одной из конфликтующих сторон силами миротворческого корпуса.

Это отнюдь не новшество в теории и практике «голубых касок» ООН. Достаточно вспомнить Корейскую войну 1950-1953 гг., в которой армия США воевала за тысячи километров от США под стягом Объединённых Наций. Война привела к гибели сотен тысяч человек и расколола Корею по 38-параллели. Регион является источником военных тревог 60 лет подряд и ядерных угроз глобального характера в последние годы.
Миротворческая миссия ООН в Сомали (1992-1995 гг.) усугубила раскол, деградацию и фрагментацию государства на Африканском Роге, привела к массовым жертвам среди местного населения, к гибели более 150 миротворцев и к их эвакуации после провала абсолютно всех целей миссии.
Миротворческие миссии в зоне арабо-израильского конфликта тянутся с 1948 года и не предотвратили ни одной арабо-израильской войны. Они свелись к наблюдению за этими войнами, к осторожности конфликтующих сторон при бомбардировках-обстрелах мест дислокации сил ООН.
Миротворческая миссия в Руанде 1994 года – наиболее постыдное пятно на репутации «голубых касок». Геноцид в небольшой африканской стране начался, когда силы ООН уже были в Руанде! Но спешно бежали из неё после жестокого убийства 10 военнослужащих-бельгийцев. Воочию наблюдая шокирующие зверства сквозь бронированные стёкла своих автомобилей. Геноцид в Руанде привёл к гибели от 500 тысяч до миллиона человек и прекращён без участия сил ООН.
Миротворческая миссия в сербской Краине в 1995 году способствовала победе хорватской армии над сербским ополчением и этноциду сербского населения – около 95% (более 230 тысяч человек!) бежали от победителей и «миротворцев» из родных домов. Назад вернулись менее 50 тысяч…

Хорватский сценарий «возвращения» Краины и решительность австралийского контингента при подавлении бунтов в Восточном Тиморе – два исключительных эпизода из 71 миротворческой операции ООН за 70 лет. Исторически и практически солдаты Объединённых Наций успешно выполняют следующие цели:

- Приоритетная безопасность самих миротворцев;
- Прекращение боевых действий при взаимном согласии конфликтующих сторон либо при возможности подавить/подкупить/отодвинуть милитаристов от властных рычагов внутренними сторонниками примирения;
- Мониторинг прекращения огня с расположением «голубых касок» вдоль сложившейся линии конфликта;
- Наблюдение за наращиванием военного потенциала любой из враждующих сторон;
- Демилитаризация зоны соприкосновения, в первую очередь от тяжёлого вооружения, поэтапное разминирование;
- Обеспечение восстановительных мероприятий – доставки денег, товаров и гуманитарных грузов, ремонта объектов жизнеобеспечения, дорог, больниц, школ и т.д.
Эти цели могут выглядеть ограниченными и скромными, но сотни тысяч людей в зонах размещения действенных миссий ООН считают иначе.

В гипотетической украинской миссии главная проблема – в неустраняемой воинственности официального Киева, трактующего миротворцев как палачей-волонтёров.
Когда лидер европейского государства призывает свои ракетные войска и артиллерию «быть готовыми к возвращению на линию фронта в Донбассе для полномасштабного наступления».
Когда его ближайший сподвижник и координатор силовых ведомств стращает внесудебными расстрелами.
Когда «воины света» в зоне АТО пробавляются воинскими преступлениями безо всяких призывов.
Когда сохранение власти зависит не от роста экономики вопреки кризису, но от продолжения кровопролития.
Когда на вялотекущий конфликт списываются все социально-экономические провалы.

Миротворческая операция останется в информационном поле, в дипломатической пикировке, во взаимных обвинениях через донбасский разлом. Через фактическую линию разграничения, которая углубляется с каждой информационной и артиллерийской атакой, с каждым дипломатическим выпадом и блокадным пируэтом.