Пятница, 24.11.2017г.

Последнее обновление:Сегодня, 14:09:27

Вы находитесь здесь: Главное Политическое обозрение Защитить Крымский мост

Защитить Крымский мост

Печать PDF

В конце августа 2017 года железнодорожная арка Крымского моста была установлена в фарватере Керченского пролива. В середине октября рядом с ней смонтирована арка автомобильная. Обе конструкции весят свыше 5.000 тонн каждая, устанавливались около двух с половиной суток с точностью хирургических операций. Арки имеют протяжённость 185 метров, собственную высоту 45 метров и расстояние от зеркала воды ещё в 35 метров.
В хорошую погоду с верхней точки арочных пролётов открывается потрясающий вид на 33-35 километров акватории Азовского и Чёрного морей. Хотя природные красоты имеют отдалённое отношение к ценности и значению мостового перехода между российскими Крымом и Кубанью.

В коридорах украинской власти и в националистических закоулках близ этих коридоров водружение арок Крымского моста тоже имело потрясающей эффект. Разумеется, далёкий от транспортных, инженерных или эстетических восторгов. На протяжении двух с половиной лет – с апреля 2015 года, с момента начала работ в Керченском проливе – мостовой переход длиной 18 километров объявлялся проектом выдуманным и обречённым, причём одновременно. Десятки «экспертов» подробно объясняли «журналистам» и широкой украинской аудитории значение классического афоризма К. Пруткова применительно к Крымскому мосту о том, что «…этого не может быть никогда».

«Никогда» наступило ещё в 2016 году. На строительстве «никогда» работали десятки единиц современной европейской, японской и корейской техники, а также сотни граждан Украины. «Никогда» появилось на фоторепортажах с МКС, на других снимках из космоса, с борта пилотируемых самолётов и беспилотных аппаратов. «Никогда» закончило этап забивки свай и бетонирования, вышло на финишную прямую монтажных работ, и будет сдано в эксплуатацию уже в следующем, 2018 году.
Собственно, даже временный технологический мост в Керченском проливе стоит третий год, пережил две зимы и не спровоцировал каких-либо проблем с судоходством, экологией, ледяными заторами и т.п.

Вид сразу двух гордо изгибающихся арок Крымского моста вынудил официальный Киев действовать согласно другому афоризму К. Пруткова: «Усердие всё превозмогает!».

С завидным усердием на головы опять же украинской аудитории посыпались посулы в скорой победе над РФ в международных судах за нарушение конвенций и прочих юридических норм. С многомиллиардными штрафами и различными карательными мерами – вплоть до изъятия моста из российской собственности с переводом на украинский баланс. Традиционное фиаско всех предыдущих обращений в иноземные суды и арбитражи энтузиазму не мешает.

Как и вывод всей акватории Азовского моря из международного морского права ещё в 2003 году, согласно обоюдному решению органов власти России и Украины. Это решение преспокойно действует по сей день. В частности, оно запрещает визиты в Азовское море любых торговых судов иначе как по согласию российской или украинской стороны. Визиты же кораблей военных возможны лишь при обоюдном российско-украинском консенсусе. Что делает означенные визиты крайне маловероятными, за исключением сил ВМФ двух прибрежных государств. Точнее, российских боевых кораблей и украинских резиновых лодок.
Столь же ничтожную вероятность имеет подача украинских исков в международные судебные инстанции ввиду немеждународного статуса Азова – самое мелкое европейское море является внутренними водами России и Украины. Которые по сей день не прошли процедуру демаркации границ. Эта процедура не проводится в международных судах и/или в одностороннем порядке.

Украинские заявления «Ой, мост!» в третейские арбитражи подразумевают российское согласие с арбитражным решением и относятся к медийной трескотне на публику.
Торговая блокада российских портов Азовского моря (Таганрога и Ростова-на-Дону) затруднительна уже на стадии предварительных выдумок.
Антироссийские санкции из-за строительства и близкого ввода в эксплуатацию мостового перехода не удается согласовать со #всеммиром даже на кулуарном уровне двусторонних контактов.
Упования на финансовое истощение, архитектурное недомогание и строительное бессилие проекта в Керченском проливе были приятны, но безрезультатны.
Надежды на штормовой ветер, шаровые молнии, великое обледенение, илистое дно и прочие природные катаклизмы не оправдались.
Для нанесения подлинного ущерба Крымскому мосту у официального Киева и полуофициальных националистических банд не имеется иных методов, кроме диверсионно-террористических или провокационных.

Это вполне реалистичный, пусть и несколько шокирующий вывод. Но он шокирует ничуть не больше обстрела центра Луганска из авиационных пушек в июне 2014 года. Когда погибло восемь мирных прохожих, а вооружённого ополчения Донбасса ещё не существовало в политической природе. С тех пор от артиллерии ВСУ погибли тысячи мирных дончан и луганчан, не успевших спрятаться в подвалы по завету президента-олигарха.

К террористическо-диверсионным выпадам против Крымского моста соответствующие российские службы активно готовятся.

ФСБ и МВД РФ, Росгвардией, Министерством обороны, Национальным антитеррористическим комитетом созданы оперативные штабы в Крыму и Кубани. Конструкция опор в судоходном фарватере исключает таран любым судном крупнее шлюпки – при этом для повреждения опоры нужен заряд в несколько десятков тонн мощной взрывчатки. Пролив оборудован несколькими системами обнаружения и пресечения незаконного проникновения.
Подробности системного функционирования по очевидным причинам засекречены. Но любителям адреналина и 30 сребренников стоит учесть – при охране столь важных стратегических объектов допускается установка «сюрпризов» летально-травматического характера. По сравнению с которыми арест и допрос российскими пограничниками – предел мечтаний и апофеоз желаний.

Прилегающую к Крымскому мосту территорию обозревают более 100 видеокамер, имеются капитальные системы заграждений, сигнализации, связи и различного мониторинга. Акваторию патрулируют шесть катеров проекта 2190, оснащённые современным вооружением, подводными аппаратами, мощными гидроакустическими станциями обнаружения и связи. Задействованы несколько катеров проекта «Раптор» со скоростью более 90 км/час, группами морского спецназа на борту и с широким набором средств извлечения подводных диверсантов из российских территориальных вод.
В том числе в оглушённо-спеленутом виде для дальнейшего допроса в органах следствия и суда. В том числе в судах международной юрисдикции. В том числе с оглаской всей вертикали террористического замысла и государственного осуществления.

Потенциальным организаторам любых деструктивных действий следует понимать, что реализация враждебных замыслов чревата огромным риском. Риском, далеко превосходящим азовскую акваторию, с радиусом действия от нарушения доступа к панамским офшорам до фатального отлучения от майамских особняков.